Говорят, шествия меняют мир, но часто ли мы задумываемся, как шествие меняет его участников?

И неважно, какой повод у шествия — оно не обязано быть политическим или вообще земным — когда ты движешься с другими, ты становишься другим. Для кого мы идём: для других или для себя?

Несколько записей из архивов Карты звуков иллюстрируют, как коллективное движение из точки A в точку B меняет его участников.

Текст сюжета

_

(Голос: Ура! Пошли!)

Вчера они кричали «Да здравствуют комары и мухи и всё живое на земле», а сегодня у них уже другие лозунги.

(Голос: O-o-o! Ветер-ветер, уходи! Солнце-солнце, появись! Облака, разойдись!)

Детская художественная студия «Колор» приехала в Сергиев Посад и привезла выставку. Студия существует с 80-го года. Последние тридцать лет она работает в Московском зоопарке.

(Голос: Да здравствует Московский зоопарк! Ура!)

В Сергиевом Посаде «Колор» открывал выставку два дня подряд, и каждый раз выставка начиналась с шествия вокруг музея. В первый день и во второй.

(Голос: А теперь заквакали, замяукали, зарычали! Кто как может, кто как хочет!)

Через лужи, по лужам — толпа детей и родителей, впереди преподаватели.

(Голос: Зарычали! Да здравствует животный мир на всей планете!)

Они развернули многометровый транспарант. На нём изображения животных.

(Голос: А теперь представили, что мы ветер! Ну! Вот, как мы завыли! А ещё сильней!)

Карминовая стена — раньше это была конюшня, а теперь музейный корпус — возвращает их к исходной точке. Там дует всё тот же ветер, и под ногами такие же лужи. Но люди вернулись другими.

(Голос: Все молодцы, а теперь все дружно запищали комариками. И-и-и!)

Шествие.

Торжественное, стихийное, праздничное, последнее.

Ноги по снегу, ноги по асфальту, по песку, по камню. По пешеходной зебре — но не поперёк, а вдоль.

Шествие.

Самый лёгкий способ измениться. Ты идёшь с другими — и ты другой. Ты не узнаёшь себя. Тебе не нужно ничего — просто иди. И ты другой. Ты, конечно, снова станешь собой, но когда-нибудь, когда-нибудь позже.

Отсутствие шествия — тоже шествие.

Однажды движение по главной улице Сергиева Посада остановилось почти на неделю. Проспект, всегда шумный, замер. Это была праздничная неделя — тогда отмечали семисотлетие основателя города, Сергия Радонежского.

Вот этот звук. Колебания воздуха из прошлого.

В то лето шествие машин сменилось пешеходным шествием. Солнце.

День, другой, третий. И вот приближаются полицейские. Они просят уйти с проезжей части. С четырёхполосной широкой проезжей части, по которой мы всю эту неделю ходили пешком. Как машины.

Ты идёшь в медленной очереди, в твоей руке загранпаспорт. Это медленное шествие. Аэропорт. Шествие к паспортному контролю. Шаг. Шаг. И вот широкая линия на полу, где надо остановиться. Человек в форме. Смотрит холодно. Он ставит отметку в паспорте, но и без его отметки ты знаешь, что теперь ты другой — ты мОжешь лететь. Ты можешь летАть.

Парк Монрепо в Выборге. Первые дни октября. Кто, услышав такое, не поднимет голову?

(Звук: крики птиц)

И хочется думать, что это гуси. И что они летят на юг. И что не зря память достала с пыльного чердака слова из той самой книжки о путешествиях Нильса — юкси, какси, кольме. Имена гусей, с которыми он пересёк страну. Нильс, как мы помним, вернулся из того путешествия другим — улетел балбес, а вернулся сопереживающий, жертвующий человек.

Шествие.

Или вот ещё одна архивная запись. Революционные речи летят из магнитолы с двумя большими динамиками по бокам.

(Голос: Мы требуем: нет безработице и нищете! Капитализм на свалку истории! Национализация и смена власти! Вон антинародный режим!)

Сергиевопосадские коммунисты отмечают годовщину революции 17-го года.

(Голос: Правительство, министров-капиталистов в отставку)

После митинга они пойдут вниз, от памятника Ленину, что стоит на горе, они пойдут к Вечному огню.

(Голос: Выход из кризиса — это социализм. Слава Великому Октябрю! Ура!)

Они ходят так каждый год. Когда-то их было больше.

Шествие.

(Музыка: «Интернационал», голос: Погромче!)

В революционном 17-м шествие стало поводом к дате, но чаще бывает наоборот — дата становится поводом к шествию.

Семнадцатое марта — день, когда ирландцы и им сочувствующие чествуют Святого Патрика, покровителя острова.

(Голос: Слава Ирландии!)

Это единственный в мире национальный праздник, который прижился в десятках стран. В том числе и в России.

(Голос: Джойс рулит! Ирландия! Я люблю этот фонарный столб!)

Когда ты идёшь, ты кричишь. Ты можешь себе это позволить, если рядом идёт кто-то другой. Который тоже кричит. То, что тебе кажется странным в одиночестве, становится нормой в толпе. Ты не кричишь? Ты странный. А это точно ты?

Многие не любят шествия — шумные, отбирающие тебя у тебя. После них остаётся мусор на улице и пустота на душе.

Но больше всего шествия не любят политики. Они считают их подозрительными. Они считают их опасными. Они придумывают водомёты, чтобы шествий не было.

И вот запись самого опасного шествия.

Весеннюю воду, которая бежит с крыши под жаркими лучами солнца, невозможно остановить. Она идёт, потому что может не идти, потому что это — её простая суть. У неё нет за душой ничего. Она разрушает, и она даёт жизнь. Возвращается каждую весну, и не хочет ничего взамен. Если бы они только знали.

(Голос: Вы не к нам в дом? Нет?)


downloadmp3

alt

Митинг перед шествием

Парк «Монрепо», птицы в пути (см. левый верхний угол)

Медленное шествие и быстрый полёт

 К аудиозаписи 

Posted by oontz.ru

Leave a reply

Ваш e-mail не будет опубликован.